?

Log in

Dec. 22nd, 2008

ОТ АВТОРА

Исследования, поиск… В человеческой жизни это одни из самых захватывающих граней существования. И не важно, в какой области. Важен результат - Открытие. Открывать забытые факты истории не менее увлекательно, чем, к примеру, изобретать машину времени или создавать новые шедевры в музыке, литературе и т.п. Уж поверьте автору. Три года промучался, нет(!), вернее проболел бедный я сбором этих материалов. А началось все с чего? С любопытства. Вещь, конечно, наказуемая, но… для человеческой природы неизбежная.

Проработав 8 лет на кафедре зоологии Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского, Ваш покорный слуга внезапно заинтересовался: а когда же и кем впервые было организовано данное структурное подразделение ННГУ? Далеко ходить не пришлось: я обратился за помощью к Нине Александровне Макаровой. Она сама по себе живая история: начала работать на кафедре еще в незапамятном 1952 году и на данный момент является зав. лабораторией зоологии позвоночных животных.

Так вот, недолго думая, Нина Александровна выдала мне из своего архива рукопись доцента Николая Васильевича Кузнецова (зав. каф. зоологии с 1963 по 1968 гг.) «Материалы по истории биологического факультета Нижегородского университета. 1918-1968 гг.». В данном труде были кратко перечислены основные исторические вехи и фамилии «отцов-основателей», но… Что могут сказать одни фамилии?

По здравому логическому размышлению за каждой фамилией должен стоять человек со своим характером, биографией, внешностью, научными интересами и т.д. и т.п. Желание отдать дань памяти «отцам-основателям» нашей кафедры и породило данное исследование. Насколько получилось, судить не мне. Однако в свое оправдание хочу заметить: практически все факты, сообщаемые в книге - документальные материалы из архивов Нижнего Новгорода, Москвы, Санкт-Петербурга. Не спорю, что в результате художественная композиция слегка хромает, но в целом, надеюсь, отражение той эпохи по цитируемым документам, удалось.

Отдельная статья - иллюстративное сопровождение данной книги. Практически о каждой фотографии я мог бы рассказать целую историю. Вот например - фото Бориса Владимировича Введенского. Заказал в ГУ ЦАНО личное дело этого преподавателя. По нулям. В смысле, биография, работа в Нижегородском университете и Нижегородском педагогическом институте отражена вплоть до 21 января 1932 г. Фото нет. Выяснил, что в ГУ ЦАНО есть еще один фонд - рассекреченные дела ФСБ, где также имелось личное дело Б.В. Введенского. Заказал, прочитал много интересного под подписку о неразглашении. Фото нет. Взял телефонный справочник, обзвонил всех Введенских, часть телефонов молчала, а та, которая не молчала в мягкой форме уверяла меня, что знать ничего не знают ни о каком Борисе Владимировиче. Фото нет. Перешерстил каталоги журнальных статей в библиотеке Нижегородского университета. Статей Б.В. Введенского нет. Фото и подавно. Поехал в Санкт-Петербург - из личного дела мне было известно, что Борис Владимирович уезжал в научную командировку в Ленинградский институт прикладной зоологии и фитопаталогии сроком на 1 месяц. Никаких следов. Фото нет. В Москве - фото нет. Пропал человек! Дальше в горячечном бреду я ловил своих коллег и с мягкой навязчивостью интересовался - не приходится ли им родственником Б.В. Введенский (это после случая с Н.Н. Спасским, но о нем ниже). Не приходится. И фото у них нет…

Два года спустя (не улыбайтесь, я не провел их в психушке), я вновь взял телефонный справочник и стал звонить (интересно, существует ли предел человеческому упрямству?). Первый же телефон оказался телефоном племянника Бориса Владимировича. Радость моя была сравнима пожалуй что с радостью Шлимана, открывшего Трою или Колумба, достигшего берегов Америки.

С замиранием сердца дышал я в телефонную трубку: «Вадим Николаевич? А каких-нибудь фотографий Бориса Владимировича у Вас не сохранилось?»

«Вы знаете…» - пауза длиною в жизнь: «Сохранилось».

В такие моменты понимаешь, что Бог есть, и ты у него не то чтобы в любимчиках, но, в общем, не на последнем счету. Сделав классический американский «Yes!» (правда мысленно), я напросился на встречу к  Владимиру Николаевичу и приобрел сканированную коллекцию фотографий из семейного архива Введенских. Одну из них Вы можете видеть здесь.

А фотография Ивана Фомича Гайлита? Она шла ко мне год. Заведующая читальным залом Центрального государственного исторического архива г. Санкт-Петербурга Наталья Александровна Чикмарева по всей видимости, еще долго видела эту фотографию в ночных кошмарах. Я заказал сделать фото Гайлита ЦГИА СПб в июне 2002 г., но поскольку оно было в плохой сохранности, требовалось отдать его в фотомастерскую на предварительную реставрацию. Наталья Александровна сказала, что вышлет мне требуемый материал по почте. Зная скорость наших почтовых сообщений, я честно прождал 3 месяца, но… увы! Долгожданного письма нет и нет. Звонок в ЦГИА СПб.

«Наталья Александровна! Это Вас из Нижнего Новгорода беспокоят по поводу фотографии Ивана Фомича Гайлита»

«Вы знаете, я его уже давно выслала. Вы должны были его получить еще месяца два назад»

«Вы знаете… нет, не получал»

«Хорошо, если негативы не выбросили, я постараюсь попросить сделать для Вас повторную копию. Вы должны будете получить ее приблизительно…»

Нельзя сказать, чтобы подобные разговоры стали доброй традицией в укреплениии взаимосвязей музея Нижегородского университета и Центрального исторического архива города Санкт-Петербурга, но с разными вариациями телефонные переговоры повторялись еще раза три.

«Наталья Александровна! Это Вас из Нижнего Новгорода…»

«О, Господи, опять по поводу того многострадального дядечки?…»

Думаю, теперь в ЦГИА СПб меня всегда будут рады видеть и с нетерпением ждать новых заказов.

А Николай Николаевич Спасский! Ох, сколько сил я бросил на него! Об этом даже лучше не заикаться!… Можно стать заикой. Вобщем, закончилось тем, что я послал запросы в АтлантНИРО и в КаспНИОРХ, где он работал. Ответ пришел лишь из последнего учреждения от Д.Н. Катунина, который любезно выслал мне биографические материалы и фотографию Николая Николаевича. Опуская подробности, скажу лишь, что после того, как я получил эти материалы, выяснилось, что Н.Н. Спасский был родным дядей сотрудницы, которая работала со мной на кафедре. Помню, как веселый жизнерадостный смех рвался из глубин моей души, но почему-то находил выход лишь в виде нервного истерического смешка. После данного случая я никогда не обходил вниманием генеалогические древа своих коллег (см. выше пример с Б.В. Введенским).

Из всего перечисленного видно сколь много значит для автора документально-иллюстративная часть. Поэтому отнеситесь к ней более-менее снисходительно. Если Вы не увидели здесь фотографий Валентины Ивановны Белогузовой, Исидора Григорьевича Петрачука, Ольги Александровны Фишер, Елизаветы Александровны Мюнтер, Ивана Андреевича Ирбе и Беарты Андреевны Гайлит - это не значит, что Ваш покорный слуга прекратил их поиски. Отнюдь. Я еще надеюсь пополнить фонд архива музея Нижегородского университета изображениями вышеупомянутых персон. В интернете можно найти информацию об известных выпускниках кафедры зоологии этого периода - Александре Николаевиче Формозове http://www.infolio-press.ru/autors/formozov.html , Марине Николаевне Никольской http://www.icfcst.kiev.ua/SIZ/Depart/TAXONOMY/Try-nikol-sch.htm . Биографии их известны достаточно хорошо. В приложение я вынес биографию Н. Н. Спасского.

Теперь о благодарностях. Я не поленился и посчитал: в работе над сбором материала мне помогали 34 человека. Вот краткий список этих милых, добрых и очаровательных личностей в алфавитном порядке. Я надеюсь, не забыл никого.

Ануфриев Георгий Александрович - зав. каф. зоологии ННГУ - любезно согласился прочитать рукопись и внести ряд редакторских правок. А в редактуре он ас.

Болдина Елена Григорьевна - Директор ЦИАМ - предоставила возможность работы в Центральном историческом архиве г. Москвы.

Введенский Вадим Николаевич - информацию о нем самом я не выведывал (еще чего доброго решил бы, что я шпион!), но, как уже упоминалось выше, я искренне благодарен данному человеку за предоставление материалов о своем дяде Б.В. Введенском.

Ведерникова Любовь Владимировна - главный хранитель музея ННГУ - замечательный человек и соавтор в материалах по Д.Ф. Синицыну.

Воскресенская (Скворцова) Татьяна Александровна - она преподает в Нижегородском политехническом университете. Это дочка А.А. Скворцова и внучка А.А. Скворцова. Во как! Кстати, если кто захочет написать об ее отце Александре Анатольевиче, то этого счастливчика ждет настоящий «Клондайк». Несколько иллюстрированых фотографиями томов с автобиографией. Все солидно, все капитально. Чувствуется школа и педантичность Анатолия Алексеевича Скворцова. Татьяна Александровна любезно предоставила мне бесценные материалы о своем деде.

Губо (Морозова) Марина Леонидовна - быв. лаборант зоомузея ННГУ - помогала мне набирать часть документов, за что я ей чрезвычайно благодарен.

Деминова Галина Алексеевна - зав. чит. залом ГУ ЦАНО - чрезвычайно терпеливый человек. Сочувственно смотря на меня как на идиота (ничего, нам, идиотам, не привыкать!), она сперва пыталась научить некоего Тарбеева М.Л. правилам работы в читальном зале, потом поняла, что это бесполезно - тяжелый случай, плюнула и стала относиться ко мне как к неизбежному фактору вредных условий труда. Ну подумаешь, фактором больше! Ведь таких, как я, в читальном зале ГУ ЦАНО… Так, стоп!… В общем, огромное Вам человеческое гран-мерси, Галина Алексеевна.

Дерянина (Кропинова) Елена Андреевна - быв. методист музея ННГУ - вместе с Мариной Губо помогала в наборе документов. Вот кому работа была в радость. Помню их дружное веселое «хи-хи» при наборе исторического документа «К вопросу об оклеветании Ректором деятельности проректора в заседании Малого Совета 9 февраля 1919 г.». А вот С.Л. Иванову с Д.Ф. Синицыном в те времена, думаю, было не до смеха!

Дженнингс Эмметт К. - сотрудник Общества Кусто (американский филиал) - Те, кто знают о The Cousteau Society (раньше базирующееся в Норфолке, штат Вирджиния) невольно удивятся. Ну а Эмметт-то каким боком затесался в исторические изыскания? Объясняю: он заплатил за фото четы Синицыных, присланное мне из Америки сотрудником Орегонского государственного университета. Страшно сказать какую сумму. Три доллара. В то время мне проще было попросить кого-нибудь в Америке оплатить такую мелочь, чем связываться с «Western Union» и отстегивать из своего кармана 15 $ за пересылку трех! Thank you very much, Emmett!

Ефимкин Андрей Борисович - бегло пролистав мою рукопись, выдал мне ряд ценных замечаний по оформлению (он тоже писатель: в частности, я видал его капитальный труд по истории Нижегородского государственного банка)

Катунин Дамир Никитович - зам. директора КаспНИОРХ, все остальные регалии в Интернете. О КаспНИОРХе, и, в частности, о Дамире Никитовиче, я могу говорить много добрых и теплых слов. В свое время последний приютил меня с королевскими почестями в комнате для гостей. На комнату претендовали еще негр и китаец - хотели сыграть там международную студенческую свадьбу (уж не знаю между кем и кем), предпочтение же было отдано Вашему покорному слуге: «белый» человек, все дела. Я ждал тогда прихода Кустовской «Альционы» в Астрахань и три чудных августовских дня 1998 г. провел под благосклонной крышей института. Когда я послал запрос в КаспНИОРХ о Н.Н. Спасском, ответил мне именно Дамир Никитович. Судьба? Судьба!

Киреев Владимир Кимович - зав. зоологическим музеем ННГУ - человек, благодаря чьим усилиям мой интерес к истории кафедры зоологии получил финансовую подпитку. Он «сосватал» меня в музей ННГУ на пол-ставки под крыло Т.И. Ковалевой, открыл мне глаза на то, что В.Т. Троицкая - племянница Н.Н. Спасского, редактировал рукопись и вообще осуществлял общую помощь в работе, воплощая в жизнь девиз «Чем смогу - помогу».

Ковалева Тамара Ивановна - директор музея ННГУ - одним словом, финансовая «крыша». Дальше, думаю, и продолжать не надо. Все командировки в Москву, Санкт-Петербург, оплата расходов на копирование архивных материалов и т.д. и т.п. на ее совести. Это как раз тот человек, без которого эти материалы просто не были бы собраны.

Козлов Владимир Иванович - быв. доц. каф. зоологии ГГУ - да, мне посчастливилось застать в живых этого «зубра»! На биофаке в свое время о нем ходили легенды и поговорки. Память преподносит мою первую встречу с этим удивительным человеком в 1993 г. Его комната в хрущевке, освещена ярким солнечным светом, напротив меня за столом сидит солидный маститый - не доцент, нет! - профессор и подробно расспрашивает младшего лаборанта, то бишь Вашего покорного слугу, о «текущем состоянии дел на кафедре». Таким я и запомню В.И. Козлова. Фото В.В. Милютина, А.А. Скворцова и Б.В. Введенского, приводимые в книге, отчасти помогут Вам понять, о чем я говорю. Кстати, фото В.В. Милютина как раз из личного архива Владимира Ивановича.

Кузнецов Николай Васильевич - быв. зав. каф. зоологии ГГУ - Как уже упоминалось выше, на основе его материалов по истории биофака, и была написана эта книга.

Кузнецова Наталья Борисовна - научный сотрудник музея ННГУ - отксерокопировала отчет П.Ф. Соловьева.

Конаков Николай - любезно переслал мне по e-mail фото В.П. Налимова.

Королева Наталья Павловна - директор музея НГСХА - поделилась со мной информацией о первых преподавателях агрономического факультета Нижегородского университета.

Косорукова Вера Владимировна - зав. чит. зал. ЦИАМ - помогала мне в поиске личных дел сотрудников биологического факультета Нижегородского университета, закончивших Московский императорский университет.

Макарова Нина Александровна - зав. лабораторией зоологии позвоночных животных ННГУ - человек-легенда, человек-эпоха. Тут все регалии и титулы бледнеют, потому что преданность своему делу, своей работе у нее просто потрясающая. Я благодарен Судьбе за выпавший на мою долю шанс работать с таким человеком. Когда произносишь слова «кафедра зоологии Нижегородского университета», «Пустынь»[1] невольно подразумеваешь Нину Александровну, когда говоришь «Нина Александровна» невольно подразумеваешь кафедру и Пустынь.

МакКреари, Карл - архивист Орегонского государственного университета (США) - тот самый, что переслал по e-mail фото четы Синицыных из архива своего университета.

Мельник Светлана Анатольевна - асс. каф. зоологии - приняла участие в эпопее с Н.Н. Спасским. Светлана поехала в Казань и я попросил ее (если будет время) узнать в каком из Казанских архивов можно найти студенческое дело Николая Николаевича. Честно взбудоражив пол-Казани (она это умеет), С.А. Мельник выяснила данный вопрос, за что я ей чрезвычайно благодарен. Кстати, о птичках, ее научный руководитель - В.Т. Троицкая! Но кто ж тогда знал, что Троицкая В.Т. …(см. ниже)

Парин Сергей Борисович - декан психологического факультета ННГУ - племянник того самого В.В. Парина - основоположника космической физиологии, который (как сказал бы средний обыватель) «запустил в космос Белку и Стрелку». Сергей Борисович любезно поделился со мной воспоминаниями о Е.В. Милютиной.

Радакова Татьяна Николаевна - научный работник, к.б.н. - дочь Н.Н. Спасского. Мне удалось выйти на нее по наводке племянницы Николая Николаевича В.Т. Троицкой, и в письменной форме получить ее воспоминания об отце.

«Уважаемый Михаил! Я наконец послаю Вам мои короткие воспоминания. Я очень признательна Вам, что через столько лет вспомнили о моем отце и так тщательно собирали информацию о нем. Я думаю, что мой отец из той старой школы научных работников, на которой базируются сегодняшние достижения, в том числе и в рыбной отрасли. С уважением. Т.Н. Радакова 19.01.01»

Резайкина Галина Степановна - старший хранитель фондов ГУ ЦАНО - оформляла выдачу дел из ГУ ЦАНО во временное пользование. Весьма мягкий, вежливый и добросовестный человек.

Связева Ольга Александровна - сотрудник библиотеки Ботанического института им. В.Л. Комарова (между прочим, та самая О.А. Связева, редактировавшая шеститомник «Жизнь растений»!). Я докопался до нее по поводу О.А. Фишер. Результатом явилась следующее ответное письмо: «Уважаемый Михаил Львович! Выполняю свое обещание: написала все, что смогла найти в автобиографиях О.А. Фишер (в архивах БИН и Дома ветеранов науки АН). Даже нашлось ее фото. Возьмите из текста то, что Вам пригодится. Но я нигде не встретила упоминания о ее пребывании в Нижнем Новгороде. Может быть Вы ищете другую О.А. Фишер - какую-нибудь ее однофамилицу? Желаю успехов. О. Связева. 19.04.02». В результате полученной информации я пока не публикую данные об О.А. Фишер. Вдруг, это действительно «какая-нибудь ее однофамилица»!

Скворцова Нелли Дмитриевна - супруга младшего сына А.А. Скворцова Марка Анатольевича. Через нее я вышел на Воскресенскую Т.А.

Троицкая Вера Терентьевна - быв. доц. каф. зоологии ННГУ - родная племянница Н.Н. Спасского. Она из тех редких людей, с кем всегда легко и просто общаться. Любезно предоставила мне фото четы Синицыных и Милютиных в Гнилицах, сделанное ее дядей.

Харламов Виктор Алексеевич - директор ГУ ЦАНО - предоставил возможность работы в ГУ ЦАНО. Все время, когда я приносил на подпись очередное письмо, живо интересовался продвижением моей работы.

Фокин Сергей Иванович - доктор биологических наук, профессор, ведущий научный сотрудник кафедры зоологии беспозвоночных Санкт-Петербургского государственного университета, приглашенный профессор г. Пизы (Италия) - прогистолог, историк биологических наук. Любезно предоставил фотографию молодого Синицына с XI съезда естествоиспытателе и врачей, проводимого в 1901 г. в Санкт-Петербурге.
           Чижова Елена Александровна - директор музея НГМА - помимо живого интереса к моей рукописи, любезно предоставила фото Н.А. Кочетова.

Чикмарева Наталья Александровна - зав. чит. залом ЦГИА СПб - помогала в поиске личных дел сотрудников биологического факультета Нижегородского университета, закончивших Санкт-Петербургский университет.

Шахматова Римма Алексеевна - быв. доц. каф. зоологии ННГУ - поделилась своими воспоминаниями об А.А. Скворцове

Шишкин Валерий Михайлович - директор ЦГИА СПб - предоставил возможность работать в Центральном государственном историческом архиве г. Санкт-Петербурга.

Юлова Галина Алексеевна - доц. каф. ботаники ННГУ - живо интересуясь первыми преподавателями биологического факультета ННГУ, она обнаружила новое фото Д.Ф. Синицына в книге о русских гидробиологах (см. фото. 7)







[1] База практики студентов биологического факультета ННГУ в Арзамасском районе Нижегородской области на берегу карстового оз. Великое (с. Старая Пустынь).

Dec. 22nd, 2008

ПРЕДИСЛОВИЕ

Кафедра зоологии Нижегородского государственного университета официально обрела свое существование 28 марта 1918 года, одновременно с открытием в Нижнем Новгороде данного вуза. Однако еще до этой  даты данная кафедра как структурное подразделение уже функционировала в составе трех учебных заведений досоветского периода: Нижегородского народного университета, Варшавского политехникума и Высших сельскохозяйственных курсов.

В газете «Нижегородский листок», № 231 от 24 августа 1916 г. приводится следующая информация:

«Университетская хроника

Начало занятий. В Нижегородском Народном университете лекции начнутся с 8 сентября.

Из попечительского совета. Третьего дня (августа – М.Т.) под председательством З. М. Таланцева состоялось заседание попечительского совета городского Народного университета. Из постановлений совета отметим наиболее существенные.

Ввести на всех отделениях I курса преподавание естественных наук: курсы ботаники и зоологии и курс, охватывающий собой вопросы геологии, минералогии, почвоведения. Каждый курс должен читаться при 2-х недельных часах в течение двух лет. Преподавателем зоологии в текущем учебном году постановлено просить быть Д. Ф. Синицына»

Дмитрий Федорович Синицын – в то время директор Московского народного университета им. Л.И. Шанявского принял приглашение и стал периодически приезжать в Нижний Новгород для чтения лекций по биологическим дисциплинам. К апрелю 1917 года он вместе со своей женой Людмилой Ивановной окончательно переехал в наш город, устроился на пол-ставки приват-доцентом в Варшавский политехникум и одновременно возглавил Нижегородский народный университет.
         С.И. Петяев

Петяев Сергей ИвановичЗдесь, в здании Владимирского реального училища, где располагались оба высших учебных заведения, на втором этаже Дмитрий Федорович и организовал зоологический кабинет. Помогали ему в этом деле сперва студент Сергей Иванович Петяев, а после ассистент Владимир Андреевич Штернов.
      
В сентябре 1917 года он сумел открыть в Нижнем Новгороде недолго просуществовавшие Высшие сельскохозяйственные курсы, где так же стал читать  лекции по зоологии. Об этом можно узнать из «Нижегородской земской газеты», № 38 от 21 сентября 1917 года:

«Нижегородские Высшие сельскохозяйственные курсы

Открыт прием на 1-й курс. Курс обучения четырехлетний. Окончившие курс получают диплом на звание агронома.

На курсы принимаются лица обоего пола. Плата за первый год установлена в 150 руб. Прошения подаются на имя директора курсов с приложением: 1) аттестата об окончании среднего учебного заведения, 2) метрического свидетельства, 3) двух фотографических карточек, 4) взноса за первое полугодие в размере 100 руб. и 5) почтовых марок на 35 коп. для заказного ответа. Срок подачи заявлений до 1 октября. Начало занятий – 9 октября с.г.

Адрес: г. Н. Новгород, Политехнический институт (здание реального училища), зоологический кабинет, директору курсов Д. Ф. Синицыну».

«Нижегородская хроника

Высшие сельскохозяйственные курсы. В Нижнем открывается новое учебное заведение – сельскохозяйственные курсы (4-х годичные), созданные при ближайшем участии губернского земства. Избран – директором Д. Ф. Синицын, помощником директора – М. П. Архангельский. Установлен план преподавания на 1-м курсе и составлено расписание на первое полугодие. На первом курсе будут читаться следующие предметы: 1) физика, 2) химия неорганическая, 3) ботаника, анатомия, морфология и систематика, 4) зоология, 5) кристаллография и общая минералогия, 6) политическая экономия, 7) геодезия и 8) введение в агрономию».

Приведенные выше документальные свидетельства, в которых упоминается кафедра зоологии, позволяют отодвинуть на два года назад дату организации рассматриваемого нами структурного подразделения.

Если разобрать историю становления Нижегородского государственного университета в целом, то, по сути дела, это просто слитые воедино Нижегородский народный университет, Высшие сельскохозяйственные курсы и Варшавский политехникум. Большая часть преподавательского и обслуживающего персонала этих заведений просто перешла под новую вывеску старого здания Владимирского реального училища. Так что учреждение  ННГУ было вызвано фактически лишь формальной необходимостью, связанной с переменой власти в стране. В подтверждение своих слов позволю себе процитировать отрывок из «Письма моим Товарищам» Д. Ф. Синицына, опубликованного в «Вестнике Нижегородского университета», № 1 от 10 апреля 1918 года:

«… для Высшей Школы и для всего дела образования в России  наступил решительный момент. Революция приближалась и к Высшим учебным заведениям. В недрах нового правительства стала яснее и яснее выступать решимость закрыть все высшие учебные заведения и на месте их создать новые, построенные на совсем иных началах. Делу высшего образования грозила смертельная опасность неизвестного будущего. Всех прикосновенных к делу высшего образования без различия партий в этом случае должно объединить одно стремление, одно горячее желание – получить возможность оказать свое влияние на это грозное будущее – употребить все меры к тому, чтобы принять ближайшее участие в построении тех новых университетов, которые должны стать на место старых.
Я видел, что наступила пора решительных действий. Колебаниям должен быть положен предел: или нам, деятелям высшей школы, самим взяться за дело создания Новой Высшей Школы, или предоставить это другим, и потом, покорившись, в конце концов, поплыть по течению. Ваш избранник предпочел путь инициативы. Я отлил свою идею, которая разделяется и Вами, в форму «основных положений» об Университете и стал распространять их среди всех, прикосновенных делу Высшей школы. Не скрою, что я передал свой проект через одного своего товарища (здесь: по всей вероятности, Николая Михайловича Федоровского – М.Т.) и в Губернский Комиссариат по Народному Образованию, иначе поступить было бы непоследовательно. Я предполагал, что у нас хватит времени до Пасхи обсудить в коллегиях и в печати мой проект, и предпринял все, чтобы возможно быстрее размножить его, но события последовали со сказочной быстротой.
 

                                                                

Дворец Свободы. Здесь 28 марта 1918 г. решился вопрос об открытии

Нижегородского государственного университета

28 марта я получил приглашение в Исполнительный Комитет, чтобы дать там свои объяснения по поводу моего проекта. Я произнес речь о необходимости знания, о значении высшего образования для государства. Я говорил перед аудиторией, которую я знал хорошо, с которой я работал в Московском Обществе Нар. Университетов 12 лет. Я нашел для нее понятные слова, и единогласное постановление – «открыть в Нижнем Новгороде Университет на основах, изложенных в проекте Д. Ф. Синицына» – был естественный, хотя и неожиданно скорый для меня, ответ на мою речь.

Вот в коротких словах история открытия в Нижнем Университета».

Однако освещать историю университета в целом не входило в задачу автора. Цель данного труда – проследить развитие ННГУ на примере одного из его структурных подразделений, в данном случае – кафедры зоологии, а также кафедр зоологического цикла: энтомологии, гистологии и эмбриологии, анатомии и физиологии человека и животных.

Это справочное пособие, представляющее собой сборник документальных материалов, выстроенных в хронологической последовательности и снабженных сопутствующим иллюстративным материалом. Автор не производит анализ публикуемого материала, а предоставляет это сделать читателю, так как считает, что история - это лишь набор событийных фактов, трактовать которые, каждый волен в меру своих собственных мировоззрений.

Основной текст построен на базе выписок из протоколов заседаний биологического факультета за 1918, 1919, 1920 и 1921 гг. Указания на использование этих и других источников приводится в тексте и в коменнтариях.

 

ХРОНИКА КАФЕДРЫ ЗООЛОГИИ

1918 г.

Нижегородский государственный университет был открыт 28 марта 1918 г. В состав вошли ЕГО: 1) . Варшавский политехнический институт, 2) Высшие сельскохозяйственные курсы, 3) Народный университет, 4) Трехгодичный институт учительский Одними из Первых и Были организованы Биологический Кафедра Кафедра Агрономический факультеты, а также межфакультетская кафедра зоологии. Возглавил ее известный ученый-гельминтолог - профессор Дмитрий Федорович Синицын, первый ректор университета (03.1918-14.07.1919) и декан биологического факультета (29.08.1918-14.07.1919).

Дмитрий Федорович Синицын , первый ректор университета (03.1918-14.07.1919) и декан биологического факультета (29.08.1918-14.07.1919).

Даже поверхностное ознакомление с материалами о первом ректоре и зав . Кафедрой зоологии Нижегородского университета профессоре Дмитрии Федоровиче Синицыне создает образ незаурядной личности :. Целеустремленной, мыслящей, своих выдающейся в научных исследованиях Д.Ф. Синицына можно назвать основоположником высшего Образования в Н. Новгороде, им разработана концепция создания Новой Высшей школы, которая актуальна и сегодня, ее первым воплощением должен был стать Нижегородский университет, открытый 28 марта 1918 г. на основах проекта Д.Ф. Синицына.

" Свободный - автономный Университет, независимый ни от какой партии, ни от какого правительства. Университет, в котором ум и душа профессора не связывается ничем , кроме истины. Университет, в котором - один повелитель - Наука и один бог - человечество ". (Вестник № УНИВЕРСИТЕТА Нижегородского 1. 10 Апреля 1918 г.).

Д. Ф. Синицын покинул Родину, достигнув высот академической карьеры и вынужден был практически с нуля начать свою научную деятельность на чужбине , судьба его полна внутреннего драматизма и требует подробного и непредвзятого изучения .

Дмитрий Фёдорович родился 23 февраля 1871 г. в селе Троицкое Мелитопольского уезда Таврической губернии (ныне Запорожская область) в семье священника Фёдора Моисеевича Синицына. Учился в Симферопольской (Таврической) духовной семинарии, затем в Варшавском университете на биологическом факультете, на старших курсах состоял хранителем зоологического музея Варшавского университета. В 1897 году он окончил университет и 15 августа того же года женился на дочери губернского секретаря Антонине Антоновне Ивашкевич (1867 г. р.). С 1 мая по 15 июня 1900 г. был командирован за границу Главный Главный для осмотра зоологических музеев Западной Европы, а с 11 декабря 1901 г по 7 января 1902 г. - На XI съезд русских естествоиспытателей и врачей в Санкт-Петербург.

Д.Ф. Синицын на XI съезде естествоиспытателей и врачей1901 г.
фото любезно предоставлено д.б.н., профессором Сергеем Ивановичем Фокиным (Санкт-Петербург, Пиза (Италия))


14 декабря 1901 г., 2 марта и 27 апреля 1902 г. сдавал экзамен на степень Магистра Зоологии в Императорском Новороссийском Университете. В 1905 г. С 23 июня по 30 августа был направлен в научную командировку на Мурманский берег , 18 мая следующего года защитил магистерскую диссертацию в Санкт-Петербурге и вскоре с 31 октября 1906 г. уволился из Варшавского УНИВЕРСИТЕТА, в конце устроившись ноября в Москву . истории преподавателем в гимназии имени естественной Медведниковых Вместе с . с этим был зачислен приват-доцентом физико-факультета Московского математического Императорского университета в начале декабря С 1 июля 1907 г. - Преподаватель естествознания и географии в . гимназии Московской женской им Л. О. . Вяземской В Московском университете до 20 августа 1910 проработал г. В 1911 г. он защитил докторскую диссертацию на заседании Факультет: Физико-математического отделения Академии наук.     кандидатская и Магистерская диссертации Д. | Ф. Синицына. - Две солидные монографии, которые вместе с другими его работами по трематод Были филогении в русской опубликованы и зарубежной печати Для Внедрения в практику по ИССЛЕДОВАНИЙ биологии гельминтов по инициативе ученого в Москве, на средства земства, была организована первая в России ветеринарная гельминтологическая лаборатория, задачи которой заключались в проведении работ по борьбе с гельминтозами домашних животных.


фото с взято: http://213.171.53.29 . / foto_1 / o60-19a JPG Д.Ф. Синицын - стоит 7-й слева.

В Московском университете росло недовольство реакционной деятельностью министра народного просвещения Кассо , Д. | И Ф. Синицын вместе с другими прогрессивными профессорами и преподавателями наиболее покидает университет . Дальнейшая жизнь с Связана ЕГО народным университетом Л.И. Шанявского в Москве и в Нижнем народным университетом Новгороде . . Университет народный московский им Шанявского.


В лаборатории Д. Ф. Синицына, 1915 г. (Третий слева Д. Ф. Синицын)

Идея организации в Нижнем Новгороде университета восходит к 1896 г., времени открытия XVI Всероссийской художественно-промышленной выставки, тогда же были собраны некоторые средства. Бурное развитие города создало необходимую интеллектуальную среду, в 1916 г. и в Н. Новгороде был открыт народный университет городской, Д. | А Ф. Синицын избран ректором ЕГО. Он сумел привлечь к работе серьезные научные кадры, лекции пользовались большой популярностью среди горожан.

Революционные 1917 г. Событием платья отразились и на высшей школе Интересы , нужны были новые формы и принципы ее строительства, старая школа провозглашалась оторванной от жизни и народа. Д. | Ф. Синицын с воодушевлением воспринял новые идеи и Разработал основы свободной высшей школы, построенной на широком демократическом основании и доступной всем слоям общества .

В Н. Новгороде было решено открыть государственный университет ": Который лелеяли в своих мечтах: : наши лучшие Представители науки и профессуры". (. Вестник Нижегородского университета № 1. 10 апреля 1918 г.) Вместе с открытием Государственного университета в Н. Новгороде закрывались существовавшие здесь высшие учебные заведения: политехнический институт, эвакуированный из Варшавы в связи с Первой Мировой войной ., курсы высшие сельскохозяйственные и народный университет городской Это вызвало бурю негодования, Д. | И Ф. был вынужден Синицын отражать нападки раздраженной общественности. Он писал: " Я категорически заявляю, никакого участия что в деле закрытия высших учебных заведений в Н. . Новгороде я НЕ принимал, к : их и ликвидации никакого отношения НЕ : имею Собирается меня была ЦЕЛЬ построить Новый Университет не на развалинах старого , а на новом месте и из нового материала. Разрушение высших учебных заведений поставило меня, как строителя, в очень невыгодное положение . "(К Приложение Вестнику УНИВЕРСИТЕТА Нижегородского. № 1. 10 апреля 1918 г.). Ликование по поводу открытия 28 марта 1918 в года Н. Новгороде Университета разделялось, по-видимому, не всеми, ЕГО первый и ректор Д. | Ф. Синицын все Бремя нес: ООО. Нелегко было найти квалифицированный персонал, но демократически настроенная профессура поддержала ректора, из Москвы и Санкт-Петербурга наезжали с лекциями известные ученые. : Сам Д. Ф. Синицын возглавил кафедру зоологии. В воспоминаниях профессора Анатолия Алексеевича Скворцова, бывшего его ассистентом, подчеркивается, что благодаря своим блестящим организаторским способностям, в очень короткий срок, Д. Ф. Синицын сумел преодолеть затруднения: Многие, оснастить лаборатории, наладить учебные занятия и научную работу, решить вопросы с помещениями.

Однако ректорство профессора Д.Ф. Синицына продолжалось недолго, до 1919 года. Идея автономии Университета не нашла поддержки у Новой Советской Власти , а Д.Ф. Синицын не шел на компромиссы. В 1919 году (как будет упомянуто ниже) он вынужден был покинуть свое детище - Нижегородский государственный университет, и с этого времени началась пора его странствий.

С 1920 по 1925 год он работал сначала в Симферополе, затем в Минске, состоял профессором Западно-Белорусского государственного сельско-хозяйственного института, занимался научными исследованиями. Но Д. Ф. Синицын не был удовлетворен своей жизнью. Получив заграничный паспорт,  вместе с женой Л. И. Синицыной он уехал сначала в Западную Европу, а потом и в Америку.
Он прибыл в Нью-Йорк 30 сентября 1926 г. без гроша в кармане, нищета преследовала его все последующие годы. Длительные поиски работы, наконец, увенчались успехом: он был принят препаратором в естественно-исторический музей без права заниматься научной деятельностью - из-за этого возникли конфликты с директором музея, в трудных условиях он все же сумел выполнить две научные работы , был вынужден но покинуть музей
Скитания по стране с лекциями, гибель жены Трагическая подорвали здоровье Д. | Ф. . Синицына Но ЕГО научные заслуги Были известны, и он получил от профессора Маурица С. Холла  приглашение   в Сельскохозяйственный департамент США, где в должности штатного зоолога с 1928 по 1931 гг. он вел научно-исследовательскую работу в области ветеринарной гельминтологии.



Ресторан для Работников Американского музея национальной истории, 1928
фото взято с http://images.library.amnh.org/photos/ptm/catalog/desc/ 161437/4








Последние годы жизни Д. Ф. Синицына прошли в Южной  Калифорнии в школе медицины Лос-Анджелесского университета, где он занимался изучением простейших, паразитирующих в кишечнике человека.


Об этом мы узнаем из американского научного журнала Журнал паразитологии , в котором опубликованы реферат его последней работы и некролог .
Д. Ф. Синицын скончался в октябре 1937 года от болезни сердца.

В некрологе отмечено, что его научные работы определили развитие гельминтологии на несколько десятилетий вперед


Дом в Южной Калифорнии, где жил Д. Ф. Синицын



Фото из альбома зоологов сельхоздепартамента США
https://www.nal.usda.gov/exhibits/speccoll/files/original/a850e6ab7c8fae6135143b280b127bd9.pdf

В преподавательский состав кафедры общей зоологии помимо Д. Ф. Синицына входили также ассистенты А. А. Скворцов, Э. К. Рейзин, Б. В. Введенский, Л. И. Синицына (жена Дмитрия Федоровича) и И. Ф. Гайлит. Информация о них приводится ниже.

Анатолий Алексеевич Скворцов родился 29 января (с. с.) 1883 года в Н. Новгороде. Отец его, работавший в пароходном обществе “Дружина”, умер рано, когда мальчику исполнилось три года, и тогда семья Скворцовых вынуждена была переехать в город Рязань к родственникам матери. Там в 1892 г. Анатолий Алексеевич поступил в подготовительный класс местной гимназии. Не желая быть обузой семье, в 1895 г. он добивается перевода в Нижегородскую гимназию, устраиваясь в общежитии для бедных гимназистов им. Кирилла и Мефодия.

Любознательность и живой ум влекли его к книгам, так что долгое время А. А. Скворцов проводил в гимназической библиотеке. Это увлечение привело его (когда он уже учился в старших классах) к организации нелегальной ученической библиотеки всех средних учебных заведений города. За это, да еще за участие в запретных тогда гимназических кружках Анатолий оказался исключенным из 8 класса, но по ходатайству местных общественных деятелей был оставлен в гимназии, которую и окончил в 1902 г.

Летом того же года он поступил в Императорский Московский университет на естественное отделение физико-математического факультета. Но после “кровавого воскресенья” 1905 г. был почти трехлетний перерыв в его занятиях: А. А. Скворцов, не желавший оставаться в стороне от революционных событий, принимал участие в многочисленных студенческих стачках. Затем снова поступил в Университет в 1908 г., а спустя год окончил его 28 мая с дипломом I степени. В Университете занимался, главным образом, биологическими науками; работал по зоологии у профессоров Г. А. Кожевникова и М. А. Мензбира,  по ботанике у профессоров М. И. Голенкина и Ф. Н. Крашенинникова. Принимал участие в организации первого студенческого общества естественников, членом правления которого состоял и заведовал факультетской библиотекой, перечитав в ней практически все книги.

По окончании Университета Анатолий Алексеевич Скворцов занимался педагогической деятельностью, состоял преподавателем в средних учебных заведениях Нижнего Новгорода: с 9 сентября 1909 года был учителем естествоведения, физики и географии Ветлужской женской гимназии, с 9 октября 1910 года учителем естествоведения в частном реальном училище Милова, с 1 июля 1914 года - штатным преподавателем географии, естествоведения и физики Нижегородского Дворянского института императора Александра II. На основании Высочайшего повеления, последовавшего 21 февраля 1913 года, А. А. Скворцову было предоставлено право ношения на груди “Высочайше учрежденной, в память 300-летия царствования Дома Романовых, светло-бронзовой медали”.

За время преподавательской службы Анатолий Алексеевич получил командировки: 1) в 1910 году на Съезд естествоиспытателей и врачей в Москву, 2) в 1912 году в Тифлис и 3) в 1915 году на Географический съезд в Москву. Отчеты об этих командировках представлялись в те учебные заведения, которыми он был командирован; некоторые из них были напечатаны в годичных отчетах этих учебных заведений. В то же время А. А. Скворцов сотрудничал с естественно-историческим музеем Нижегородского губернского земства, принимал участие в организации кружка сотрудников при названном музее, председателем которого состоял.

В 1916 году был избран преподавателем Нижегородского народного университета, где работал со времени основания его и до закрытия (1918 г.).

В 1918 году при организации Нижегородского государственного университета А. А. Скворцов был избран преподавателем при кафедре зоологии и принимал участие в организации биологического факультета, главным образом, зоологической лаборатории. В это время он вел практические занятия по зоологии на биологическом, медицинском и агрономическом факультетах.

В 1920 году Анатолий Алексеевич был избран доцентом Нижегородского педагогического института по кафедре зоологии, где и протекала, главным образом, его работа после закрытия биологического факультета Нижегородского университета.  

В педагогическом институте он читал курсы зоологии беспозвоночных, эволюционную теорию и методику естествознания на биологическом отделении, курс биологии на математическом и общественно-экономическом отделениях, а также заведовал зоологическим кабинетом и биологическим музеем.

С 1926 года, после слияния педагогического института с Нижегородским государственным университетом, А. А. Скворцов состоял доцентом на педфаке, где читал курсы “Основы эволюционной теории” для всех отделений факультета, курс методики зоологии и руководил педпрактикой студентов биологического отделения педфака.

В 1919 году по поручению Нижегородского Губернского Отдела Народного образования им был организован биологический музей, который сначала располагался у него на квартире, а потом был передан на педфак университета. С основания этого музея и до 1930 года А. А. Скворцов состоял заведующим этим музеем. Кроме того, в 1921-22 годах он был заведующим Нижегородского губернского комитета по делам музеев (Губмузеем) по поручению Главмузея Наркомпроса. Числился также научным сотрудником (зоологом) в Нижегородском краеведческом естественно-историческом музее. С 1918 года вел преподавание на многих педагогических курсах, на курсах по переподготовке учителей и на внешкольных курсах, где читал и вел занятия по методике естествознания, по краеведению (в области естествознания) и по музейному делу. С этого же времени принимал участие  в работах методического бюро Нижегородского отдела Народного образования.

Свою научную работу Анатолий Алексеевич Скворцов начал вести под руководством профессора Д. Ф. Синицына в области гельминтологии, потом (после отъезда Дмитрия Федоровича за границу) работал в этой области под руководством профессора К. И. Скрябина, состоял членом постоянной Комиссии по изучению гельминтофауны СССР, находящейся при Зоологическом музее Союзной Академии Наук, где имел ряд докладов, а также ряд напечатанных работ. Летом 1927 года принимал участие в 41 Союзной Гельминтологической экспедиции в Нижегородском крае, работавшей под руководством К. И. Скрябина.


Ниже мы приводим отзыв об А. А. Скворцове профессора К. И. Скрябина (ГАНО, фонд 2734, оп. 9“а”, л. 91):

Профессор Константин Иванович Скрябин

  Начальник 70-й Союзной Гельминтологической Экспеди­ции

   в Уральскую область

  14.XI.1929 г.

Анатолия Алексеевича Скворцова я знаю как научного ра­ботника уже давно, ибо его гельминтологическая деятельность протекает в полном соответствии с работой моих Московских лабораторий и он находится со мной в тесном деловом кон­такте.

Характеризовать А. А. Скворцова я могу как специалиста-гельминтолога, причем считаю его в этой области не только высококвалифицированным,    но  в  ряду  других  деятелей  этой    специальности  отвожу  ему  особое  место.  Дело в  том,  что А. А. Скворцов является единственным в СССР специалистом по изучению личиночных форм трематод - по вопросу, приобретающему в настоящее время актуальнейшее научно-практическое значение для медицины и ветеринарии. Это обстоятельство имеет с моей точки зрения огромное значение для представителя кафедры общей биологии медфака, которая должна вводить студентов - будущих врачей в курс биологии паразитов, дабы вся их практическая профилактическая деятельность базировалась на биологическом фундаменте.

Чрезвычайно тщательны работы А. А. Скворцова по изучению паразитов рыб: они отличаются исчерпывающей полнотой, тонкостью отделки, осторожностью выводов и весьма умелым пользованием литературы.

Как лектор А. А. Скворцов обладает определенными достоинствами: его доклады всегда содержательны, излагаются умелым литературным слогом, легко воспринимаются слушателями. Полагаю, что А. А. Скворцов и как общественный деятель имеет большие достоинства. Я лично беру на себя ответственность и рекомендую А. А. Скворцова на кафедру общей биологии медфака Н. Г. Университета.

Заслуженный деятель науки - профессор К. Скрябин”.

В 1931 году А. А. Скворцов покинул Нижний Новгород, устроившись на кафедру биологии и паразитологии Московского зоотехнического института коневодства и коннозаводства. В Нижнем Новгороде проживал по адресу: ул. Тихоновская, д. 58 с женой Екатериной Сергеевной, урожденной Павловой (1881 г. рождения) и двумя сыновьями - Алексеем (родился 18 февраля 1908 г.) и Марком (родился 20 мая 1912 г). 
                                                                        


Отрывок из статьи Ирины Никитиной в газете "Нижегородская правда" №13 от 06.02.2010
http://www.pravda-nn.ru/archive/number:686/article:10919/

Такая неповторимая судьба

Дедушка Татьяны Алексеевны со стороны отца - Анатолий Алексеевич Скворцов, 1883 года рождения, профессор, гельминтолог. А его отец, то есть прадед нашей героини, был управляющим Сибирскими пристанями в Нижнем Новгороде, которые простирались от Стрелки до Сормова. Умер он, когда сыну Анатолию исполнилось только три года, поэтому впоследствии мальчик оказался в приюте для бедных гимназистов. Но вырос, выучился и даже поехал в Москву поступать в университет. Поступил на биологический факультет. В МГУ встретил свою единственную на всю жизнь избранницу, Екатерину Сергеевну Павлову. Она оказалась тоже из Нижнего Новгорода, училась на математическом факультете.

Создав семью и получив высшее образование, молодые люди вернулись в наш город, преподавали в гимназиях. Правда, сначала они уехали в город Ветлугу, чтобы побольше заработать там денег, также «сея разумное, доброе, вечное». В то время, видно, сельским учителям платили больше, чем городским.

В 1908 году в Ветлуге у Скворцовых родился сын Алексей (отец Т. А. Воскресенской, рассказ о нем впереди. - И. Н.), а в 1912-м уже в Нижнем Новгороде - второй сын Марк, ставший впоследствии актером и режиссером.

- Дедушка преподавал в гимназии и химию, и физику, и биологию, - говорит Татьяна Алексеевна. - В 20-е годы ему предложили работу в Нижегородском университете, а в 1928 году его пригласил Константин Иванович Скрябин, впоследствии академик, доктор биологических, ветеринарных и сельскохозяйственных наук, создатель науки гельминтологии (наука о паразитических червях и вызываемых ими заболеваниях. - И. Н.), к себе в институт, в Москву. Дедушка с бабушкой переехали в столицу. Дедушка вел научную работу у Скрябина, а поскольку очень любил педагогическую деятельность, то одновременно преподавал в коневодческом институте в деревне Успенское. Институт этот размещался в знаменитом Морозовском замке, который есть на картинах Левитана. Дедушке те места очень понравились, и он вступил в кооператив работников науки и искусства (РАНИИС) на Николиной горе и начал строить там дачу.

В 1934 году Скворцовы закончили строительство дачного дома - буквально в километре от Успенского. В Москве у Анатолия Алексеевича с Екатериной Сергеевной была всего одна комната и, как пел Высоцкий, «система коридорная». А участок в пригороде Москвы тогда было взять без проблем. Пожалуйста, бери, стройся, и даже ссуду на это дело давали.

- Барвиха - это наши места, места дивные, замечательные! А какой воздух там необыкновенный! - говорит Татьяна Алексеевна. - Я, да и моя младшая сестра Маргарита, практически на этой даче выросли. В прошлом году мы отметили 75-летие дома, построенного дедушкой. Дедушка потом работал в тимирязевской академии в Москве, преподавалал, заведовал двумя кафедрами - дарвинизма и теологии. В одном Ученом совете с Лысенко сидел. И как только его не замели? Но я думаю потому, что Лысенко генетикой занимался, а дедушка - гельминтологией. Бабушка, которая знала языки, ему помогала, была ассистентом у него на кафедре. И только в преклонном возрасте, когда им стало уже тяжело одним, они вернулись в Нижний Новгород и жили вместе с моими родителями. Умерли они оба на 94-м году жизни. Правда, бабушка была на четыре года старше дедушки. Ее не стало раньше, в 1972 году, а дедушки - в 1976-м. До последних дней дедушка ухаживал за бабушкой. У нее случился инфаркт - так он ее в больницу не дал положить и буквально не отходил от больной. Оставшись один, дедушка очень страдал, переживал уход бабушки все отпущенные ему еще четыре года жизни.

Рейзин Эдуард Карлович

Эдуард Карлович Рейзин - родился в крестьянской семье 20 апреля 1890 года и по месту рождения значился приписанным к Лифляндской губернии Валкского уезда Старо-Гульбенской волости.

После приобретения звания уездного учителя математики в 1907 г., он полтора года работал в начальной школе Лифляндской губернии. С 1908 по 1910 годы Э. К. Рейзин продолжал свое образование на частных курсах при Латышском просветительском обществе в городе Риге и работал в Музейной Комиссии при Латышском учительском обществе. В 1910 году получил место учителя естествоведения и математики в частной прогимназии в городе Бауске (Курляндская губерния). В том же году Эдуарду Карловичу была предложена командировка от Латышского учительского общества на научную выставку в город Юрьев. Здесь он остался прослушать курс зоологии профессора К. К. Сент-Илера в Юрьевском университете и для ознакомления с изготовлением учебных коллекций по зоологии в физико-математическом кружке студентов Юрьевского университета. Летом 1911 года К. К. Сент-Илером устраивалась экскурсия на временную биологическую станцию в Ковде на Белом море. Латышское учительское общество предложило Э. К. Рейзину принять участие в экскурсии, чтобы собрать материал для учебных коллекций. Перед экскурсией по пути он должен был на несколько дней поехать в Петербург и ознакомиться с постановкой и организацией производства учебных пособий в мастерской подвижного музея. На биологической станции профессором Сент-Илером был устроен дополнительный шестинедельный курс зоологии. Осенью 1911 года Эдуард Карлович снова вернулся к учительской деятельности и занял место преподавателя естествоведения и математики в профессиональном училище при ст. Штокмангоф Лифляндской губернии. Заинтересовавшись во время пребывания на Ковдинской биологической станции фауной северных морей, он изыскивал способы как бы пробраться на побережье Белого моря или Ледовитого океана на более продолжительное время.

В 1912 году Э. К. Рейзин решился просить директора народного училища Архан­гельской губернии предоставить ему место учителя где-нибудь на побережье Белого моря в результате чего был направлен в Александровское высшее начальное училище на Мурман. По приезде к месту назначения в январе 1913 года он немедленно обращается к заведующему местной биостанцией Г. А. Клюге с просьбой разрешить работать на станции. Последний дал свое устное согласие и направил Рейзина к директору Мурманской станции профессору Шимкевичу, возбудив ходатайство о предоставлении места. Однако от Шимкевича было получено уведомление, что все места на станции распределены и Э.К. Рейзин может работать там только неофициально. Эдуард Карлович согласился на эти ус­ловия и стал работать на Мурман­ской биостанции, занимаясь 1) изучением методов фиксирования актиний, голотурий и некоторых червей; 2) определением губок и гидроидных полипов и 3) изуче­нием состава планктона в Екате­рининской гавани в связи с гид­рометеорологическими явле­ниями. Одним словом, был не­гласным помощником Г. А. Клюге по заведованию станцией (главным образом, по доставке материала и по устройству Му­зея).                                                       

В связи с Русско-Германской войной станция вынуждена была прекратить свое существования в 1915 году, и осенью того же года Э. К. Рейзин приехал в Москву, где какое-то время пробыл безработным. Затем ему удалось получить место в Московской средней школе, сначала преподавателя зоологии и ботаники, а потом и физики. Параллельно с работою в школе он состоял слушателем Университета Шанявского в Москве, где дополнял пробелы в своем образовании, главным образом, по предметам, связанным с биологией.

27 апреля 1918 года он пишет письмо Д. Ф. Синицыну, с которым познакомился в Университете Шанявского:

Многоуважаемый Димитрий Федорович!

Первого или второго июня (стар. стиля) я намерен ехать на Мурман, Белое море или Новую Землю, смотря по тому куда возможно будет проехать. Вам, вероятно, материал для практических занятий нужен будет. Думаю, можно будет почти все достать, что значится по спискам Мурманской биологической станции. Материал для микроскопических срезов фиксировать намерен я сулемою или формалином. Если какие-либо виды нужно фиксировать в специальных жидкостях, то прошу указать в каких. Осмиева кислота есть у меня только в 1/2% растворе. Трудно, мне кажется, будет туда пробраться. Поэтому очень прошу, Димитрий Федорович, не найдете ли Вы возможным написать бумагу, по которой я и мой товарищ, Иван Андреевич Ирбе, якобы находимся в командировке. Очень трудно и относительно жидкостей. Спирта почти что невозможно достать, формалин в частной продаже 5 руб. фунт. Как-нибудь надеюсь это устроить. Возбудил я вот в комиссариате просвещения вопрос об устройстве государственного склада материала для практических занятий как морского, так и пресноводного в консервированном и живом виде, т. - как все почти учебныя заведения, особенно средния, часто должны отказаться от занятий из-за недостатка соответствующего материала. При складе, конечно, необходимо устроить мастерскую, где можно изготовлять некоторые учебные пособия, и лабораторию, где всякий, желающий более элементарным образом ознакомиться с анатомией животных или какого-нибудь животного, находящегося на складе, мог бы там же на месте заняться, получив соответствующие инструкции и руководства. Если удастся через комиссариат, что-нибудь устроить, тогда все пойдет благополучно, если же нет, то не особенно легко будет. Заведующая отд. средней школы отнеслась довольно сочувственно к проекту и просила представить более подробный план организации и смету. Дальше пока неизвестно, что будет.

Поездку на север по ж.-д. я намерен делать только до Вологды, а там дальше по реке. Нас набирается не большая (челов. 4) компания. В Тотьме мы намерены купить лодку и на лодке спускаться вниз по Северной Двине. По пути хочу собрать планктонные пробы, чтобы по возвращении в Москву их обработать. Там по пути заливные луга. Может быть, Дмитрий Федорович, Вам был бы полезен некоторый материал по распространению Limnaeus truncatulus и кое-каия статистическия данныя о заболеваниях овец. Думаю более общее (не подробное) обследование не очень трудно было бы произвести. Надеюсь в бумажке об командировке не откажете. На двоих необходимо потому, что одному на море ничего нельзя сделать.

 

Москва, Плющиха,                                            С совершенным почтением

Грибоедовский пер., д. 5 кв. 2                           Ваш Эд. Карл. Рейзин

(Цит. по: ГАНО, фонд 377, оп. 2, дело 1006, лл. 3-4).


В ответ на это получает письмо Д. Ф. Синицына с предложением устроиться на кафедру зоологии Профессионального факультета Нижегородского государственного университета (ГАНО, фонд 377, оп. 2, дело 1006, л. 2):

Многоуважаемый Эдуард Карлович!

В ответ на Ваше письмо от 27/IV предлагаю Вам следующее: в Нижегородском Унив.-те имеется профессиональный факультет, на котором я предполагаю организовать зоологическую лабораторию-мастерскую, если Вы желаете, то я предложил бы Вам занять на ней место лаборанта с вознаграждением в 500 руб. в месяц. В таком случае я прислал бы Вам и командировку, как служащему в Университете и м. б. Вашему товарищу Ирбе. Если вы на это согласны, то пришлите мне формальное заявление о своем желании зачислиться на место преподавателя при каф. зоологии на профессиональном факультете  и краткое Curriculum vitae (здесь - жизнеописание - МТ). Спирт и средства на поездку я Вам дам, сколько нужно. Будут деньги и на оборудование лаборатории-мастерской. Вместе с этим посылаю Вам для ознакомления с идеалами Университета наш “Вестник”. В 3-4 № Вы найдете мою статью о профессион. фак.

 

25 мая 1918 г.                                       С уважением     Д. Ф. Синицын.”

2 июня 1918 года Э. К. Рейзин подает заявление на кафедру зоологии профессионального факультета, а  8 июня того же года избирается преподавателем по этой кафедре.

С 28 октября 1918 года по 31 декабря 1922 года дважды избирался секретарем профессионального факультета (28 октября 1918 года и 11 марта 1920 года). В университете вел курсы по рыбоведению и рыборазведению, изготовлению наглядных учебных пособий, практические занятия по зоологии. Являлся заведующим зоологическим музеем, помощником директора первой биостанции ННГУ.


На фото: Рудольф Эдуардович Рейзин (род. в Нижнем Новгороде), Елизавета Александровна Мюнтер-Рейзин, Линард Эдуардович Рейзин (род. в Латвии), Эдуард Карлович Рейзин
(фото из семейного архива, любезно предоставлено Марой Гульбе)

19 ноября 1923 года Эдуард Карлович Рейзин покинул Нижний Новгород и уехал в город Ригу, в Латвию, где состоял лектором Центрального Педагогического института. Умер в 1970 году в Латвии. Сыновья: доктор химических наук Рудольф Эдуардович Рейзин (1921 г.р.), и известный математик Линард Эдуардович Рейзин (1924). Внучка - профессор математики Латвийского университета Мара Гульбе http://www.ebaltics.com/forum2008/Speakers/Gulbe.htm 
В Нижнем Новгороде Э. К. Рейзин проживал по адресу: ул. Тихоновская, д. 9, кв. 1.

Введенский Борис Владимирович

Борис Владимирович Введенский  родился 23 ноября 1891 года в городе Арзамасе Нижегородской губернии. В 1914 году окончил естественное отделение физико-математического факультета Варшавского университета и вслед за тем с сентября месяца 1914 г. был призван на военную службу, от которой был освобожден в декабре 1917 г. Носил чин поручика и был помощником заведующего средствами химической борьбы IX Армии в Русско-Германской войне.

В феврале месяце 1918 г. был избран преподавателем Нижегородских высших сельскохозяйственных курсов, где вел практические занятия по ботанике, а 24 апреля 1918 года, при организации Нижегородского государственного университета был избран в число его преподавателей по рекомендации профессора С. Л. Иванова.

31 июля 1919 г. отчислен от должности преподавателя в связи с призывом его в распоряжение штаба Восточного фронта Красной Армии, однако благодаря ходатайству Э. К. Рейзина и В. А. Штернова (в тот период врио декана биофака), был откомандирован назад, в университет. С 1 сентября 1919 г. Б. В. Введенский стал вести практические занятия по кафедре зоологии. В период с 29 сентября 1919 года по декабрь 1921 года занимал по выборам должность секретаря биологического факультета, а с 28 декабря по июнь 1920 года состоял секретарем агрономического факультета.

В октябре месяце 1921 года, с закрытием биофака Введенский был избран преподавателем педагогического института (впоследствии, в 1926 году, реорганизованного в педфак ННГУ) и вел практические занятия по зоологии на медицинском факультете. С ноября 1923 года - ассистент на рабфаке Нижегородского государственного университета. 10 января 1925 года, с закрытием медфака был отчислен от должности преподавателя, как “не имеющий поручений и не несущий никаких обязанностей по факультету”, однако продолжая числиться ассистентом в пединституте. Попутно с этим читал лекции в техникуме водного транспорта, в коммунистическом университете, вел занятия на рабфаке машиностроительного института.

С 3 апреля 1923 года по 2 сентября 1929 года работал также экономистом Волжского окружного управления местного транспорта. В декабре 1930 года был арестован органами ОГПУ по подозрению “в сношениях с административно высланными” и шпионаже за время работы в Волжмесе. Освобожден из-под ареста “за отсутствием состава преступления”.

За время своей службы Борис Владимирович принимал участие в научных экспедициях, организованных кафедрой зоологии: 1) в 1919 г. в бассейн рек Волги и Камы, 2) в 1920 г. на Мурманскую биостанцию, 3) в 1921 г. на реку Волгу в пределах Нижегородской губернии, 4) в 1924 г. работал в гидробиологической экспедиции, организованной Ассоциацией по изучению производительных сил губернии, 5) в 1929-30-х гг. в зоологической экспедиции, организованной той же Ассоциацией и 6) в 1931 г. проводил обследование лесных массивов и озер близ с. Пустынь Арзамасского района.

Интересовался, по преимуществу гидробиологией и занимался изучением Crustacea (ракообразных) реки Волги и смежных с нею озер, однако после зоологической экспедиции 1930 года увлекся разработкой материалов по короедам, в результате чего уехал в научную командировку в Ленинградский институт прикладной зоологии и фитопаталогии сроком на 1 месяц.  Уволился с педфака ННГУ 21 января 1932 года. Потом работал учителем в одной из Московских школ. Умер в Москве в 1971 г.

В Нижнем Новгороде Борис Владимирович проживал по адресу: сначала ул. Б. Покровская, д. 9, а затем ул. Ошарская, д. 28, кв. 3 со своей женой Зинаидой Михайловной (урожденной Каринской).
Синицына (Петринская) Людмила и Синицын Дмитрий

Людмила Ивановна Синицына родилась 16 сентября (с. с.) 1886 года в селе Крутенькое Балтского уезда в семье священника Ивана Яковлевича Петринского.

19 июня 1902 г. Л. И. Синицына с отличием окончила 6 классов Тульчинского епархиального училища; 8 июня 1903 г. – седьмой класс 2-го Киевского женского училища. По окончании училища поступила на должность учительницы земской школы (имение Карловка Полтавской губернии), где и проработала вплоть до сентября 1909 г.

В 1909 г. Людмила Ивановна вышла замуж за Д. Ф. Синицына и была принята в число слушательниц медицинских курсов Статкевича.

Осенью 1910 г. ее зачислили на естественное отделение физико-математического факультета Московских Высших Женских Курсов, где Л. И. Синицына обучалась зоологическим наукам под руководством В. А. Кольцова и А. Ф. Котса.



IMG_0765мвжкВ 1915 г. успешно окончила МВЖК и ассистировала Д. Ф. Синицыну в Народном университете им. Л. И. Шанявского. В конце 1916 г. вместе с мужем переехала из Москвы в Нижний Новгород, где вела практические занятия по зоологии сначала в народном Университете, а затем с 1917 г. – на высщих сельскохозяйственных курсах.

29 марта 1918 г. была зачислена в преподавательскую коллегию Нижегородского университета, где проработала вплоть до июля 1919 г. В июле 1919 г. Л. И. вместе с Д. Ф. Синицыным уехала в командировку по исследованию фауны бассейна рек Волги и Камы, из которой назад, в университет, оба не вернулись (см. ниже).

В дальнейшем Л. И. разделила судьбу мужа, оставаясь его неизменным спутником и помощником в научной работе вплоть до своей трагической смерти за границей. Несчастье случилось в Техасе (Эль-Пасо) в туристическом лагере 7 апреля 1932 г. Все американские газеты за 8-15 апреля 1932 г. в разных штатах повествовали о трагической судьбе Людмилы Синициныной. Она облила себя и спящего мужа бензином и подожгла. Когда Синицын проснулся, она лежала рядом, обняв мужа. Он схватил ее и вытащил из огня. Синицын выжил, Людмила Ивановна от многочисленных ожогов не оправилась. Врачи вводили ей воду в кровь, чтобы спасти организм от обезвоживания. Когда она пришла в себя, то объяснила, что 25 лет назад (то есть в 1908 г.), когда они поженились, то обещали друг другу умереть в один день. Решив, что муж ее обезумел, и их могут разлучить, она посчитала, что лучше им вместе уйти из жизни. "Сейчас я хочу жить" - обгоревшими губами прошептала она врачам. Синицын плакал и не отходил от больничной койки жены. Журналистам он отвечал так: " У меня остались две любви - жена и работа. Путешествуя сто миль вниз по Волге от Нижнего и потом еще 200 миль по суше до Симферополя, дважды я смотрел смерти в лицо. Красноармейцы ставили меня к стенке, чтобы расстрелять, принимая за шпиона. Сейчас я посмотрел смерти в глаза в горящем лагере в третий раз". 12 апреля Л.И. Синицына скончалась.

В Нижнем Новгороде проживала вместе с мужем Дмитрием Федоровичем по адресу Б. Покровка, дом Пальцева.

                                        

Гайлит Иван Фомич

Ян Лаймон (русиф. Иван Фомич) Гайлит - лютеранского вероисповедания родился 19 мая (с. с.) 1885 г. в деревне Зербань Лифляндской губернии.

Родители его - Фома (Томас) Петрович Гайлит и Павлина (Паулин) Ивановна были сельскими народными учителями, причем оба прослужили в этих должностях 45 лет до 1911 года и за столь долгий труд пенсионной кассой народных учителей и учительниц при министерстве народного просвещения им была назначена повышенная пенсия.

И. Ф. Гайлит учился сперва в Зербанской школе, затем в Санкт-Петербургской Ларинской гимназии, по окончании которой 20 мая 1906 г. получил аттестат зрелости. За полгода обучения Ивана Фомича в гимназии, как следует из аттестата, “поведение его вообще было отличное, исправность в посещении и приготовлении уроков, а также в исполнении письменных работ удовлетворительная, прилежание хорошее и любознательность по всем предметам одинакова” (ЦГИА СПб, ф. 14, оп. 3, д. 45753, л. 9).

10 июля 1906 г. И. Ф. Гайлит пишет прошение на имя ректора С.-Петербургского университета с просьбой зачислить его на естественное отделение физико-математичес-кого факультета. Осенью того же года  он становится студентом 1 курса. 

В Петербурге, не имея никаких средств к существованию, И. Ф. Гайлит решил идти по тому же пути, по которому шли многие его товарищи-земляки для достижения высшего образования, т. е. давал частные уроки, и пытался продлить свои занятия в университете вдвое. Так, в весенний и осенний семестры 1910 г. он только формально числился на физико-математическом факультете, поскольку был вынужден принять место домашнего учителя и воспитателя, а в январе 1911 г. в качестве такового даже уехал за границу по протекции директора Реформаторских училищ господина Брокка.

С конца 1911 года материальное положение И. Ф. Гайлита улучшилось благодаря помощи родителей, у которых появилась возможность пересылать сыну часть своих денег от пенсии за выслугу лет, и Ивану Фомичу, таким образом, удалось продлить свое обучение в Санкт-Петербургском университете до 1914 г.

13 мая 1914 г. он командируется в Нижний Новгород и Нижегородскую область сроком по 1 сентября того же года, где устраивается агрономом-естественником на железнодорожную станцию Сейма по линии Москва-Нижний.


В 1917 году И. Ф. Гайлит подает заявление на организующиеся при Нижегородском народном университете высшие сельскохозяйственные курсы, куда и зачисляется преподавателем. Там он вел занятия по энтомологии и знакомил слушателей с основными методами борьбы против насекомых - вредителей сельскохозяйственных культур.

В 1918 г. был зачислен сначала временным, а потом и постоянным преподавателем на кафедру прикладной зоологии (энтомологии) агрофака ННГУ, где и проработал до лета 1920 года. После чего уехал на родину, в Латвию. Там, в Риге он устроился на работу в Латвийский педагогический институт, откуда и написал прощальное письмо своим нижегородским коллегам:

“В Агрономический факультет

От преподавателя по каф. энтомологии

Ивана Фомича Гайлита

Заявление

Летом прошлого года я принужден был прервать данную мне от Агрономического факультета командировку, чтобы сопровождать свою семью в Латвию - на родину, имея намерение потом вернуться в Н.Новгород. Однако отсутствие свободного сообщения между Латвией и Россией и тем самым невозможность сношения с семьей с одной стороны, с другой -  затруднительное материальное и продовольственное положение в России - не дает мне возможности исполнить мое намерение оставить же Агрономический факультет на неопределенное время в неизвестности - отчего страдает правильный ход занятий  - считаю себя не в праве. Поэтому прошу Агрономический факультет освободить меня от должности преподавателя на кафедре энтомологии Нижегородского Государственного Университета, слагая с меня и обязанности преподавателя зоологии на Биологическом факультете, куда я прикомандирован - и сообщая об этом Биологическому факультету. Ключи от энтомологического кабинета согласно решению факультета  были переданы проф. Пиенкину, а от письменного стола, где хранится инвентарная книга и др. записи, переданы преп. Вогау.

Искренне желаю дорогому мне Агрономическому факультету процветания, держать знамя науки высоко, работать на пользу многоизстрадавшейся России.

Рига 24.03 1921                       Иван Фомич Гайлит.” Фонд 377 опись 2, д. 253, л.
Был энтомологом Лесного департамента Сельского Хозяйства Латвии, с 1933 по 1940 гг. - директором Рижского зоопарка (к которому он относился с душой и любовью) . В 1941 г. был депортирован в Сибирь, где следы  Яна Лаймона теряются.  Информация в интернете о нем:
http://rigazoo.lv/public/30023.html и его статья о Рижском Зоопарке http://mezaparks.blogspot.com/2009/05/zoologiskais-darzs-cela-uz-simtgadi.html
           
 
Фото с:
http://rigazoo.lv/upload_pic/vesture/RigaZOO_LGailitis_L.jpg


 В Нижнем Новгороде И. Ф. Гайлит проживал по адресу: ул. Мининская (совр. Невзоровых), д 7, кв. 4.

Из вышеперечисленных сотрудников кафедры зоологии Людмила Ивановна Синицына, Борис Владимирович Введенский, Анатолий Алексеевич Скворцов и Иван Фомич Гайлит были переведены в университет с закрывшихся в том же 1918 году высших сельскохозяйственных курсов и с апреля первые двое зачислены постоянными, а последние с мая - временными преподавателями биологического факультета. Отличие временных преподавателей от постоянных заключалось в том, что они согласно “Основным положениям” Нижегородского университета, разработанным Д. Ф. Синицыным, не являлись членами совета факультетов - так же, как и студенты, т. е. не имели права голоса в коллегиальных решениях.

Что же касается Эдуарда Карловича Рейзина, то он подал прошение на кафедру зоологии профессионального факультета месяцем позже - 2 июня 1918 года и уже 8 июня на втором заседании биологического факультета был избран коллегией преподавателей на должность ассистента по этой кафедре. Дмитрий Федорович Синицын, как и обещал, предоставил ему и его товарищу Ивану Андреевичу Ирбе служебные командировки на Мурман для сбора учебных коллекций по биологии, орнитологии и т. д. Эти коллекции должны были пополнить фонды зоологического музея из бывшего Варшавского политехнического университета. 27 июня 1918 года проездом через Москву Эдуард Карлович отправился на Мурман в Архангельскую губернию.

                                            

                Естественно-исторический кабинет Владимирского реального училища

 Между тем, оставшиеся на кафедре преподаватели были заняты подготовкой к первому учебному году. Зоологический кабинет тогда располагался на втором этаже здания Владимирского реального училища (Б. Покровская, 37), и большую часть скудного инвентаря кафедры составляло имущество бывшего Варшавского политехнического института. Однако, прежде чем обновлять инвентарь новыми лабораторными принадлежностями, которые в те послереволюционные времена было достать не так-то  просто, решили сначала обсудить планы преподавания и окончательно утрясти вопрос со штатами.
 

18 августа 1918 года зачислили препаратором зоологического кабинета Валентину Ивановну Белогузову (впоследствии Долину), родившуюся 29 января 1895 г в Нижнем Новгороде в семье цехового рабочего Ивана Васильевича и его супруги Надежды Сергеевны. Она закончила 8 классов Мариинской женской гимназии 31 мая 1914 г., а до этого  28 апреля того же года получила диплом на приобретение звания домашней учительницы по истории. С 1917 года числилась слушательницей высших сельскохозяйственных курсов Нижегородского народного университета.

26 августа на 4 факультетском заседании Дмитрий Федорович Синицын избран деканом биофака, а Анатолий Алексеевич Скворцов - постоянным преподавателем кафедры зоологии, после чего обсуждались планы чтения курсов. Курсу «Введение в зоологию» было решено посвятить  2 часа недельных лекций и 2 часа практических занятий в 1 и 2 семестрах, систематическому курсу зоологии - 6 недельных часов с практическими занятиями в 3 и 4 семестрах, курсу гистологии - 3 часа с практическими занятиями в 3 и 4 семестрах. На том же заседании вновь избранный декан зачитал поступившее к нему заявление профессора высших курсов Лесгафта и Петроградских сельскохозяйственных курсов Владимира Васильевича Милютина о желании последнего занять кафедру анатомии и физиологии домашних животных. Собрание коллегии преподавателей биологического факультета, заслушав краткое описание прежней научной деятельности В. В. Милютина, нашло более удобным пригласить его на кафедру гистологии. Однако профессор ботаники и первый проректор по учебной работе ННГУ Сергей Леонидович Иванов заявил, что им предприняты некоторые шаги для привлечения на ту же кафедру других лиц, поэтому факультет постановил отложить рассмотрение кандидатуры Милютина до выяснения кандидатур других лиц и, в случае наличия последних, замещение кафедры провести путем конкурса.

До начала учебных занятий оставалось совсем немного времени. Между тем после приема новых слушателей в Университете в качестве студентов оказалось: 152 человека на биологическом факультете, 350 человек на агрономическом, 140 на профессиональном и 141 - на горном. Кафедра зоологии, являющаяся по замыслу ее первого заведующего Д. Ф. Синицына межфакультетской, обязана была выделить преподавателей на все вышеперечисленные факультеты. Столь большое число студентов на факультетах объяснялось тем фактом, что слушатели закрывшихся в Нижнем Новгороде политехнического института, народного университета и высших сельскохозяйственных курсов были переведены в Нижегородский университет с целью продолжить и закончить свое образование по избранным им специальностям. Отсюда становилось видно какая огромная нагрузка ложилась на плечи зоологов. К тому времени их было всего 4 человека (Д. Ф. Синицын, Л. И. Синицына, А. А. Скворцов и И. Ф. Гайлит). Борис Владимирович Введенский пока числился на кафедре ботаники, где вел практические занятия; Эдуард Карлович Рейзин - в служебной командировке по приобретению научных пособий и коллекций для ННГУ.

Тем не менее, к  сентябрю весь необходимый минимум для начала занятий оказался собран и зоологический кабинет был готов принять первых слушателей нового университета. Как всегда, при начинании нового дела, энтузиазм не покидал преподавателей. 2 сентября 1918 года Д. Ф. Синицын предложил своим коллегам “отнестись с особенной вдумчивостью” к плану, обнимающему весь цикл биологических наук. “Нижегородский университет,” - говорил он:” В деле постановки преподавания сильно отличается от других высших учебных заведений, поэтому в изложении плана преподавания нельзя ограничиться одним сухим перечнем читаемых предметов, как это обыкновенно всюду и делается. Необходимо возможно полнее выяснить те задачи, которые преследуются внесением в план того или иного курса, поэтому было бы весьма желательно выяснить как рисуется каждому преподавание своего предмета, какая его цель и методы достижения этой цели” (Цит. по: ГАНО, фонд 377, оп. 1, д. 791). Эта просьба профессора нашла свое отражение в сборнике “Учебные планы и программы биологического факультета”, напечатанного в 1918 г. Выдержки из него, касающиеся зоологических курсов, приводятся ниже:

ЗООЛОГИЯ

Преподавание зоологии имеет своей целью дать общее и более или менее полно обоснованное представление о законах, управляющих строением и развитием животных.

Все эти законы должны и могут быть сведены к тем законам, которые лежат в основе физики, химии и механики. Таким образом, задача курса зоологии может быть более точно определена, как подведение в основу жизненных явлений, которые изучающий наблюдает в строении животных, в их отправлениях и в развитии, естественных законов, управляющих всем миром неорганической - неживой природы.

Животный мир представляет громадное разнообразие форм. В состав его входят с одной стороны такие простые по внешнему виду животные, как амебы из типа простейших, тело которых имеет вид микроскопического бесформенного комочка слизистого вещества - протоплазмы и, с другой стороны, такие сложные животные механизмы, как многочисленные представители типа позвоночных, членистоногих и друг. Metazoa. И тем не менее все эти разнообразные формы живут полной жизнью, исполняют все общие животным жизненные функции: показать, как животные при видимой простоте или сложности строения, при всем своем разнообразии, осуществляют свои жизненные задачи, вот - благодарная задача для преподавателя, стремящегося ввести своих учеников в самый центр зоологических интересов.

Бесконечное разнообразие животных форм естественным образом заставляет изучающего зоологию отказаться от попыток ознакомления со всеми или с большей частью видов животных и - направить свои усилия на то, чтобы систематизировать представляемый ему природой в спутанном и беспорядочном виде свой живой материал. Успешное разрешение этой важной задачи целиком зависит от того, какие принципы полагаются в основу классификации животных. В настоящее время, когда идеи эволюционизма захватили и покорили себе все отрасли человеческого знания, естественно, что в зоологии, которая и дала, главным образом, материал для создателей эволюционного учения, эти идеи нашли свое осуществление в принципах генетической классификации животных.

Анатомия, физиология и эмбриология, с одной стороны, систематика, основанная на эволюционной теории, и биология (экология), с другой, и представляют собой содержание предлагаемых студентам биологического факультета курсов зоологии.

Избирая предметом своего изучения зоологию, студент может иметь в виду одну из следующих задач: 1. пополнить свое общее образование, 2. специализироваться в этой области биологических наук, 3. получить необходимую подготовку для изучения других дисциплин, требующих предварительного знакомства с зоологией. Всем этим требованиям должны удовлетворять два предполагаемые в этом году концентрические курсы зоологии: I Введение в зоологию и II систематический курс зоологии.

Содержание I курса почти исчерпывается его заглавием. Главное место отведено здесь изложению общих биологических данных, составляющих основания и предпосылки не только для зоологии, но и для других соприкасающихся с нею наук. Принципы строения организмов, учение об органах, о тканях, о клетках, как основной биологической единице, учение об основных отправлениях организма, вот - главное содержание первой части введения в зоологию. За нею следует краткое изложение эволюционной теории и теорий наследственности, а затем - краткий систематический курс зоологии, представляющий обзор животного царства, расположенного в систематические ряды, согласно генетическому принципу эволюционной теории.

Этот курс (I) рекомендуется: а) всем студентам, впервые приступающим к изучению биологических наук в Университете, безразлично предполагают ли они специализироваться в дальнейшем по зоологии, или по какой-либо другой дисциплине биологического факультета; б) студентам 1-го года агрономического факультета; в) студентам горного факультета и г) студентам-фармацевтам.

Систематический курс зоологии (II) представляет более подробный сравнительно-анатомический обзор животного царства, чем в введении (I) и предназначен для студентов, уже знакомых с I курсом. Он рекомендуется всем студентам биологического факультета и в особенности тем, которые предполагают посвятить себя изучению зоологии, или физиологии животных, или сравнительной анатомии, или гистологии, или эмбриологии, или палеонтологии, или зоогеографии.

Как I, так и II курс предполагает практические занятия, о которых будет речь ниже. Этой части курса придается особенно важное значение, и в курсе системат. зоологии (II) практическим занятиям в лаборатории отводится главное место.

Особой подготовки для последовательного слушания этих курсов от студентов не требуется. Предполагается, что слушатели обладают сведениями и общим развитием, соответствующими кончившим курс средней школы.

В конце каждого семестра предполагается устройство repetitorium’ов по практическим занятиям как курса: “Введение в зоологию”, так и “систематического курса зоологии”.

Здесь студенты должны увидеть вновь все объекты, изученные ими в течение семестра (Микроскопические препараты, спиртовые препараты, таблицы и т. д.) и с помощью подробной программы в виде ряда детальных вопросов по каждой отдельной работе изучить эти объекты, восполнив, таким образом все, неизбежные при групповых занятиях пробелы.

Время, посвященное repetitorium’у, будет наиболее рационально использовано лишь в том случае, если студент, повторяя изучение того или другого объекта, будет неоднократно его зарисовывать, углубляя и детализируя, таким образом, самое изучение и совершенствуя в то же время технику рисунка. Результатом нормального отношения студента к семестровым практическим занятиям явится умение делать вполне сознательно и относительно быстро схематические рисунки анатомического строения любого изученного животного, его органа, ткани, клетки. Достижение такого умения является одним из безусловных требований студента к самому себе, если он желает данный практический курс считать изученным.

Рекомендуемые пособия.

Для курса I.

1) Щелкановцев, Курс зоологии (краткий) или:

     Холодковский, Курс зоологии (более полный),

     Гертвиг Р., Курс зоологии (более полный).

2) Синицын, Лекции по биологии (краткое руководство) или:

     Книпович, Курс общей зоологии (более полный и подробный).

Для курса II.

Те же руководства, что и для I и кроме того:

     Паркер, Учебник зоологии ч. I. и II. (не обязательно).

Для практических занятий рекомендуется:

1. Беркос и Ингеницкий, Лягушка, щука, рак, беззубка.

2. Аверинцев, Практические занятия по зоологии, или

3. Кюкенталь, Практич. занятия по зоологии.

4. Павлович, Repetitorium к практическим занятиям по зоологии.

Кроме того для чтения по общим вопросам зоологии рекомендуются:

1. Деляж, Теории эволюции.

2. Тимирязев, Дарвинизм.

3. Гольдшмидт, Наследственность.

Другие пособия, руководства и источники будут указаны в течение прохождения курса.

Профессор Д. Синицын.